Центральной Азии нужно сделать все возможное, чтобы минимизировать экономические последствия пандемии

0
рабочий на заводе

Лилия Алексанян, Вернер Липах, АБР

Директивным органам и центральным банкам необходимо предпринять смелые действия для поддержания экономики региона на плаву и сдерживания пандемии.

Вспышка COVID-19 приведет мировую экономику к серьезной рецессии в 2020 году. С начала марта пандемия быстро распространилась по Центральной и Западной Азии, которая включает в себя Афганистан, Армению, Азербайджан, Грузию, Казахстан, Кыргызскую Республику, Пакистан, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан.

В настоящее время региону приходится справляться с нарушениями в глобальных и региональных связях, затрагивающими цепочки поставок, туризм, денежные переводы и финансовые потоки. В то же время ожидается сокращение внутреннего производства из-за сдерживающих мер. Помимо этого, экспортерам нефти приходится иметь дело с резким снижением цен на нефть. Ожидается, что для многих стран региона экономический спад будет хуже, чем во время глобального финансового кризиса 2008–2009 гг. и падения цен на нефть в 2014–2015 гг.

В этой статье приводятся ранние наблюдения об экономическом воздействии кризиса COVID-19 с учетом опыта Центральной и Западной Азии во время глобального финансового кризиса и падения цен на нефть в 2014–2015 годах. Основываясь на том опыте, мы считаем, что ограниченные денежные и фискальные буферы замедлят восстановление по сравнению с предыдущими кризисами.

  1. Как и в случае прошлых кризисов, рост в Центральной и Западной Азии может не восстановить докризисных показателей. В 2008–2009 гг., а затем в 2014–2015 гг. Центральная и Западная Азия пострадали от резких внешних потрясений. В то время как экономики быстро оправились от первоначальных потрясений, средний рост в 2010–2013 и 2016–2019 годах оставался ниже докризисных показателей. АБР прогнозирует существенное замедление роста валового внутреннего продукта (ВВП) в Центральной и Западной Азии в 2020 году, после чего в 2021 году произойдет слабое восстановление. Более поздние прогнозы других международных финансовых институтов дают еще более мрачный взгляд на ожидаемый экономический спад (Рисунок 1). Эта глобальная пандемия может оставить постоянные шрамы, что приведет к фундаментальным и долгосрочным изменениям в мировой экономике. Отказ от относительно открытой докризисной системы торговли и инвестиций может быть вредным для роста в Центральной и Западной Азии.
  2. Как и в прошлые кризисы, денежно-кредитная политика сталкивается с проблемой обеспечения ликвидности для поддержки спроса при стабилизации экономики. Во время мирового финансового кризиса экономический спад в сочетании с низкой инфляцией позволил большинству центральных банков в Центральной и Западной Азии снизить процентные ставки и обеспечить ликвидность банковскому сектору. Во время падения цен на нефть в 2014–2015 годах большинство центральных банков ужесточили денежно-кредитную политику, чтобы обуздать инфляцию, вызванную обесцениванием местной валюты, что особенно затронуло экспортеров нефти и страны, зависящие от денежных переводов из стран-экспортеров нефти. Кризис COVID-19 создает инфляционное давление из-за сбоев в цепочке поставок, хотя низкий спрос, как ожидается, несколько противостоит этому давлению. В марте 2020 года, когда началась вспышка COVID-19 в Центральной и Западной Азии, инфляция немного ускорилась в Казахстане, Кыргызской Республике и Таджикистане, в то время как в Армении, Грузии и Узбекистане она оставалась стабильной, а в Пакистане замедлилась. В некоторых странах органы денежно-кредитного регулирования снижают ставки для поддержки экономической деятельности (например, Армения, Пакистан), однако, в других странах более резкое обесценивание валюты оказывает давление на инфляцию и ограничивает возможности для адаптивной денежно-кредитной политики (например, Казахстан, Кыргызская Республика, Таджикистан).
  3. Налогово-бюджетная политика становится более ограниченной по мере увеличения государственного долга, в частности, чтобы справиться с прошлыми кризисами. Во время двух предыдущих кризисов правительства в основном использовали противоциклическую фискальную политику для сдерживания спада, что привело к увеличению бюджетного дефицита и государственного долга. Это, в свою очередь, сократило бюджетные буферы и потребовало консолидации бюджета в годы восстановления. Аналогичным образом, более низкие налоговые поступления, пакеты поддержки и расходы на здравоохранение в 2020 году, как ожидается, сильно повлияют на государственные бюджеты, в конечном итоге увеличивая существующий долг.

Размер и масштабы экономического спада из-за COVID-19 будут беспрецедентными. В контексте крайней неопределенности этот блог сравнивает ранние признаки текущего кризиса с тем, что произошло в двух предыдущих кризисах.

Сейчас настало время для правительств и центральных банков сделать «все, что можно» — цитируя бывшего президента Европейского центрального банка во время борьбы за сохранение евро.

Пока что большинство политических действий отражают прошлые ответы. Но на этот раз поля для действий меньше. Тем не менее, для поддержания экономики на плаву и сдерживания пандемии требуются смелые действия. Центральные банки должны обеспечить большую ликвидность для поддержки доступа к кредитам. Своевременное налоговое стимулирование имеет решающее значение для обеспечения оплаты труда врачей и предоставления средств индивидуальной защиты, а также для поддержки бизнеса, сохранения рабочих мест и расширения социальной защиты.

Отрадно, что большинство стран региона уже объявили налоговые пакеты в диапазоне от 0,1% ВВП (Кыргызская Республика) до 9% ВВП (Казахстан). Но откуда придут эти деньги? Правительствам необходимо будет переориентировать государственные расходы, использовать имеющиеся фискальные резервы, изыскивать гранты или долговое финансирование и находить новые способы вовлечения частного сектора в усилия по оказанию помощи и восстановлению. Восстановление может также дать возможность сбалансировать роль государства и частного сектора в регионе. Частный сектор должен быть лишен ограничений и иметь возможность расти и в полной мере способствовать оживлению экономики и созданию рабочих мест.

После того, как шторм пройдет, правительствам, конечно, нужно будет восстановить фискальное пространство и уменьшить уязвимость долга. Им также необходимо будет подтвердить свою приверженность реформам, чтобы обеспечить сильное и устойчивое восстановление при участии частного сектора. Кризис COVID-19 продемонстрировал исключительную важность эффективности государственного управления и всеохватности систем социальной защиты для обеспечения устойчивости к стихийным бедствиям.

Кровлю нужно будет отремонтировать и укрепить, для того, чтобы когда разразится следующий шторм, дом будет готов и устойчив к встречному ветру.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram по ссылке https://t.me/vecherka_tj и будьте в курсе столичных событий.



ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь