Сегодня свой 80-летний юбилей отмечает известный художник Таджикистана Сабзали Шарипов — мастер, чьё творчество стало важной частью культурного наследия страны. Его работы, наполненные национальным колоритом, глубокими образами и любовью к родной земле, хорошо известны ценителям искусства как в Таджикистане, так и за его пределами.
Хорошо, если платье твое без прорех.
И о хлебе насущном подумать не грех.
А всего остального и даром не надо —
Жизнь дороже богатства и почестей всех.
Я не случайно взяла эпиграфом бессмертные строки Хайяма. Это один из любимых поэтов Сабзали: философия восточного мудреца сквозит в разных произведениях художника и особенно в цикле «Город Хайяма».
Герой моего очерка Сабзали Шарипов, признанный художник-монументалист, живописец. Заслуженный деятель искусств Таджикистан, лауреат Государственной премии им. А. Рудаки, почетный член Академии архитектуры и строительства РТ. Он очень скромный человек: не кичится званиями и счиает себя исполнителем воли Творца.
Давно знаю Сабзали и меня всегда поражали его глаза: глубокие, искренние, полные мудрости и созерцания, удивляющие своей проницательностью и благородством. Он никогда не отводит взгляда и как будто изучает своего собеседника, мысленно рисуя его портрет. А натруженные руки Сабзали — это руки творца. Он много лет работал с натуральным камнем, создавая чудесные мозаичные панно из разноцветной породы, которой богата наша горная республика.
Не раз бывала я на персональных выставках Сабзали, восхищалась его монументальными работами и живописными полотнами. А больше всего мне нравятся портреты современников. Всех узнаю: они как живые. Чувствуется, что художник вложил свою душу в создании этих картин. Известные поэты и писатели, композиторы, художники, дирижёры, деятели искусства. Назову лишь несколько имён: Садриддин Айни, Абулькосим Лахути, Мирзо Турсунзаде, Малика Сабирова, Мумин Каноат, Гулрухсор Сафиева, Берон Меробов, Фаттох Одинаев, Хошим Гадоев и среди них — мой муж Толиб Шахиди. Портреты эти не пафосные, не слишком яркие. Они естественные, тёплые, жизненно правдивые.
ИСТОКИ
Если внутренний голос говорит вам, что вы не
можете рисовать, — рисуйте как можно
больше, тогда этот голос затихнет. Винсент Ван Гог
Цитату Винсента ван Гога я привела неспроста. Жизнь художника Сабзали Шарипова является подтверждением этих слов.
— С раннего детства, — поделился он при нашей встрече, — родные и близкие замечали моё пристрастие к рисунку. Но не понимали меня и не верили, что это серьёзно. Считали рисование баловством и твердили, что в жизни надо заниматься «настоящим мужским делом». Но я рисовал и рисовал, мечтая стать художником. Благодарен судьбе за то, что помогла сделать мечту явью.
Сабзали — прекрасный рассказчик и беседовать с ним очень интересно. А я, готовясь к интервью, заранее прочитала четырёхтомник его воспоминаний под названием «Одинокая чинара».
Сабзали описал в книге все этапы своей жизни – от рождения и до сегодняшнего дня, искренне и душевно рассказал о творчестве в разнообразных жанрах.
Особенно меня поразили строки о маме художника. Её звали Донагуль Шарифзода. В детстве Донагуль сильно испугалась, потеряв слух и голос. На всю жизнь осталась глухонемой. Наверное, поэтому Сабзали Шарипов может и без слов понять собеседника, угадать его настроение, почувствовать недосказанное. Отец умер рано, когда маленькому Сабзали не было и года. Позже маму выдали замуж за другого, но отчим был холоден к пасынку с первых дней. Мама страдала от этого.
Где только не пришлось расти сыну: у родных отца, у маминых братьев, в детском доме. Сабзали иногда возвращался к маме, но долго терпеть недовольство отчима не мог. И опять хождение по родственникам. Ему было трудно без мамы, но ради её спокойствия он не отказывался жить у родных.
Когда пошёл в школу, постепенно начал понимать, что без учёбы он не достигнет ничего. В книге «Одинокая чинара» Сабзали приводит воспоминание: в школе на уроке рисования молодая учительница показала красивую разноцветную картинку наряженной новогодней ёлки и попросила учеников нарисовать это. У него не было ни альбома, ни цветных карандашей. Он нарисовал ёлку перьевой ручкой с чернилами на листе тетради в клетку. А учительнице показался рисунок ярким. Она похвалила Сабзали перед всем классом. Именно эта оценка, как первое признание его детского творчества и подарило мальчику крылья для полёта и достижения высот в будущем. Он стал рисовать с упоением и радостью.
После восьмого класса средней школы Сабзали поступил в Душанбинское художественное училище, а потом в Ташкентский театрально-художественный институт им. Н. Островского.
В 1972 году дипломированный художник возвращается в Душанбе и начинается его творческая деятельность, которая длится по сей день. Он создал огромные, масштабные произведения искусства, монументальные полотна – диптихи, триптихи и полиптихи, участвовал в художественном оформлении многих зданий в столице и других городах Таджикистана. Руками Сабзали украшены здания цирка, концертного зала им. Борбада, музеев, гостиниц, парков — всего и не перечислить.
Мама была и по сей день остаётся путеводной звездой художника. В мастерской Сабзали есть комната, в которой собраны картины,посвящённые памяти Донагуль. Сын называет её вечным ангелом,сопутстующим ему и в горе, и радости. Верит и чувствует ,что мать ,даже после своей смерти ,не покидает его ни на минуту
— Вот почему в таких картинах, как «Излучение» и «Просвет» именно её образ стал символом надежды, — рассказывает Сабзали.
Эти две упомянутые им работы были созданы в конце 80-х и в начале 90-х годов. На одной картине душа матери пролетает над разрушенным кишлаком, проливая свет на заброшенные дома, а на другой Донагуль смиренно стоит у открытой двери, откуда идут лучи надежды.
В этой комнате почти 20 картин и в каждой из них есть мама художника.
ПУТЬ К ОЛИМПУ
Я — школяр в этом лучшем из лучших миров.
Труд мой тяжек: учитель уж больно суров!
До седин я у жизни хожу в подмастерьях,
Всё ещё не зачислен в разряд мастеров…
Омар Хайям
— За долгую творческую жизнь, вы Сабзали, создали огромное количество монументальных полотен. Вспоминаю великолепное оформление гостиницы «Таджикистан» (1975), Госцирка (1978), Дворца профсоюзов (1979 в соавторстве с С.Нуриддиновым), «Кохи Борад» (1984 в соавторстве с В. Одинаевым и А. Сафаровым). Как восхищало всех мозаичное панно на фасадах рынка «Баракат» и реконструкция художественного оформления Академического театра драмы им. А.Лахути в 1989-2003 годах! А Национальная библиотека? В парадном холле книгохранилища ваш уникальный триптих, на котором изображена история таджикского народа со времен древней арийской цивилизации до наших дней. Больше 20-и лет Вы писали эту картину, и она останется на века, я верю в это.
В прошлом году в Душанбе из Лондона прибыла группа Евразийской творческой гильдии и одну из встреч мы провели в Национальной библиотеке Таджикистана. Восхищение моих собратьев по перу просто невозможно передать, и я гордилась, что Сабзали Шарипов — мой земляк.
— Спасибо! — улыбается Сабзали. — Все мои работы дороги мне, как дети. Разве можно любить одного и не замечать другого? Жаль, что некоторых теперь уж нет. Они просто демонтированы по законам новых масштабов современного градостроительства в столице. Особенно горька утрата мозаичного панно на фасадах рынка «Баракат».
По этим своим «детям» я скучаю и верю в их возрождение.
Трудоспособность Сабзали удивительна! Он известен не только в родном Таджикистане, но и далеко за его границами .
Персональные выставки художника были в разных странах: Мос-ква (1980), Никосия, Кипр (1984), Кабул (1986), Бонн (1997). Кроме того, работы Сабзали Шарипова находятся в галереях и музеях Таджикистана, Узбекистана, Рос¬сии, Венгрии, Польши, в частных коллекциях США, Гер¬мании, Швейцарии, а так же Москвы, Ташкента, Душанбе.
В 1992 году Сабзали Шарипов был приглашен на киностудию «Таджикфильм» в качестве художника-постановщика фильма Сайфа Рахимзода «И звезды блестят над тануром», который впоследствии участ¬вовал в ряде МКФ и получал престижные призы. А с 2004 года Сабзали Шарипов стал глав¬ным художником Международного кинофестиваля «Дидор» (Встреча).
Мне очень нравятся его иллюстрации к книге Ч. Айтматова «Буранный полустанок» («И больше века длятся день») и конечно же, иллюстрации произведений классиков таджикско-персидской литературы, и современных таджикских поэтов и писателей Мумина Каноата, Лоика Шерали, Гулрухсор Сафиевой, Сайфа Афарди.
Страшные годы гражданской войны 90-х годов в нашем родном Таджикистане тоже нашли отражение в творчестве Сабзали. Композиция под названием «Чёрное и белое» — полиптих состоит из нескольких картин и является достоянием Национального музея Таджикистана. Рассматривать их невозможно без боли в сердце, ведь мы жили в Душанбе в это время и на себе испытали ужасы братоубийственной войны. Вот вздыбленные кони и воющие волки, а тут рыдающая над поверженным сыном мать, здесь незрячий, которого ведёт ребенок и двуликий образ этот потрясает.
…Я смотрю на седую голову моего собеседника и думаю о его силе воли, мужестве, патриотизме. А устод Сабзали, угадывая мои мысли, делится сокровенным:
— Гульсифат, Вы-писательница и знаете, что жизнь художника, да и любого творческого человека зависит от «обратной связи». Нам нужно общение и важна оценка сделанного. У меня получилось общение с почитателями и любителями искусства, и я рад, ведь это стимул для развития. Но лёгкой и безоблачной жизнь творческого человека не бывает. Всё, посланное судьбой надо принимать достойно. Могу сказать, что в молодости я переносил тяготы легче. Со временем же груз больше давит на сердце. Но не ропщу. Все мои бессонные ночи, все переживания и потери позади. Недругов Бог рассудит, друзей же у меня всегда было больше. Надо верить, любить и творить, несмотря на невзгоды. Надо жить честно и ответственно перед людьми, перед Родиной, перед самим собой. И ещё: для меня важно искусство, не пахнущее монетизацией. Не люблю работать на заказ. Только по зову сердца и от души.
Говорю Сабзали, что он уже записал своё имя золотыми буквами в историю культуры Таджикистана. Все друзья, ученики и почитатели называют его Устодом (Мастером) и корифеем художественного творчества. А он скромно улыбается и отвечает – «Я лишь ученик…»
— Чей ученик? — спрашиваю. — Кто из художников повлиял на ваше творчество?
— Восхищаюсь Микеланджело и Караваджо, — признаётся Сабзали. — Очень нравятся работы мексиканских живописцев Хосе Давида Альфаро Сикейроса и Диэго Ривейра. Мне бы ещё одну жизнь прожить, чтобы понять Пикассо.
Талант Сабзали Шарипова неоспорим — это утверждали исследователи его творчества Лутфия Айни, Татьяна Гончарова, Юлия Вербицкая, Лариса Додхудоева.
Вот что пишет о работах Сабзали Шарипова ценитель искусства и коллекционер Юлия Вербицкая
«В станковой живописи Шарипов С. Н. работает как художник-монументалист, оперируя большими плоскостями цвета («Стервятник», «С белой отметиной», 1994), мазками кисти или мастихина словно выкладывая мозаичное панно на холсте. Он часто использует контрасты светлого и темного, яркого и приглушенно звучащего цвета, любит «столкнуть» отражающий все цвета белый и поглощающий черный, рядом с которыми яркими витражами, эмалями сверкают синие, красные, оранжевые и другие цвета. На этом противостоянии часто бывает основана не только колористическая композиция работ, но и их эмоциональная и драматургическая составляющая. Тревожное чувство вызывает «Хлопкоробки (Черный хлопок)» (1988), где люди, похожие на манекенов-роботов, бредут по сверкающей всполохами света дороге. В этой работе художник продолжает непростой разговор на тему хлопка, начатый «Хирманом (Миражом)» Зухура Хабибуллаева. Будто набатом звучат здесь яркие экспрессивные краски и беспокойно-динамичные линии. Полотно, как и многие другие произведения Шарипова, захватывает зрителя своей пространственной мощью и эпическим духом.Разные ассоциации вызывает декоративная по цвету, ритму пятен и вместе с тем символичная по замыслу работа «Похищение красного быка» (2010), навеянная, по-видимому, легендарным сюжетом древнегреческой мифологии «Похищение Европы». Но в отличие от многих живописных полотен на данный мотив художник трактует его совсем по другому. Среди изломанных стволов деревьев, напоминающих человеческие фигуры, хрупкая женщина ведет на цепи огромного быка. Композиция, несомненно, пронизана трагическим мироощущением времен гражданской войны в Таджикистане. И разве не воспринимается символом кровопролития этот страшный красный бык?
Его работы… Они… сильные. Вне зависимости от размера — от них веет мощью, древностью, и мудростью…»
У Сабзали Шарипова много учеников, ведь из 60 лет творческой деятельности художника 40 посвящены преподаванию. Он искренне радуется успехам своих питомцев, ставшими известными мастерами. Приведу два признания в любви мастеру.
Далер Мехтоджев:
«Устод в первую очередь научил меня быть Человеком! Это значит- иметь чистое сердце, чистые помыслы, чистые намерения. Он открыл мне глаза в мир прекрасного, научил понимать его и передавать в творчестве. Он с терпением и любовью вёл меня в мир буйных красок, где разнообразие их означало не только цвет, но и чувства, саму жизнь и мечты.
Он был всегда благожелательным, даже указывая на шероховатости в моих работах. Учил отстраняться от бытовых проблем и оставаться под тенью вдохновения и душевной красоты.
Я всегда радуюсь нашим встречам: беседы, пожелания и даже улыбка устода помогает мне в жизни и творчестве. Он помог мне найти себя в этом прекрасном и нелёгком пути постижения тайн великого искусства живописи. Я безмерно благодарен Богу, что подарил мне огромную радость быть учеником такого истинного мастера».
Зебунисо Давлатшоева, одна из любимых учениц:
«Сабзали Шарипов не просто художник, не просто учитель. Это Человек с большой буквы. Он всегда относился ко мне с огромным уважением, поддерживал в трудные моменты творчества: находил правильные слова и внушал не терять веру в себя, продолжать работу даже в самых немыслимых ситуациях. У него я научилась не только писать картины, но и чувствовать каждый штрих, каждый мазок, каждый цвет красок. Устод научил меня вкладывать душу в работу и оживлять картины. Он многогранный Мастер и его уроки помогают мне и сегодня в создании портретов, натюрмортов, пейзажей. В любую минуту я могу посоветоваться с устодом, и он всегда готов поделиться опытом не только со мной, но и со всеми молодыми и зрелыми художниками. Несмотря на такую известность, он очень скромный и отзывчивый человек.
Пользуясь случаем, я хочу поздравить Сабзали Шарипова с 80-и летием и пожелать ему крепкого здоровья и долгой творческой жизни».
БЕЗ НАС ПУСТЬ БУДЕТ ЗАВТРА С НАМИ
Чем за общее счастье без толку страдать
Лучше счастье кому-нибудь близкому дать.
Лучше друга к себе привязать добротою,
Чем от пут человечество освобождать.
Омар Хайям
Сабзали Шарипов создал прекрасные полотна, но главное его творение – это семья. Жена-красавица Нозигуль стала верной спутницей жизни, его музой. Я знаю её ещё с юности. Она — практикантка преподавала в нашей школе немецкий язык. Наш класс был выпускной, и мы с ней были скорее подружками.
Нозигул и Сабзали создали крепкую семью: у них четверо детей – Лола, Тахмина, Мурод и Ганджина, тринадцать внуков и четыре правнука. И все они талантливы. Сын Мурод и внучка Оро тоже художники. У Шариповых есть семейная онлайн- галерея. Но всем хочется организовать для галереи и реальное пространство. Как любит повторять Сабзали «Без нас пусть завтра будет с нами».
…Я благодарю Сабзали за нашу встречу и душевную беседу. Он улыбается мне и говорит на прощание:- Всё в этой жизни проходящее. Как писал великий Хайям – «мы все уйдём, придут другие». Так пусть каждый оставит после себя капельку любви, света и добра в словах, в картинах и делах. Если Бог дал тебе возможность говорить через вдохновение, надо творить с душой. И как не вспомнить стихи великого Джалолиддина Руми:
Когда бы доверяли не словам,
А истине, что сердцем познаётся.
Да сердцу, что от истины зажжётся,
То не было б предела чудесам.
Монументальность и многообразие у Сабзали во всём! Пусть жизнь его будет долгой и вдохновение не покидает его никогда!
Гульсифат Шахиди
