Гостелевидение держит удар: какие медиапредпочтения у жителей центральноазиатских республик

0

Несмотря на то, что в трёх странах региона — Казахстане, Таджикистане и Узбекистане — уровень потребления интернета продолжает расти, телевидение не сдаёт свои позиции.

Например, жители Таджикистана и Узбекистана продолжают рассматривать государственное ТВ как главный источник информации и не верят сообщениям в социальных сетях. Эти предпочтения респонденты из республик высказали в рамках социального исследования по медиапотреблению и медиаинформационной грамотности в странах Центральной Азии, которое при поддержке Internews подготовила организация M-Vector.

«Новый репортёр» обсудил с региональным консультантом Internews по медиаграмотности Гульнар Асанбаевой результаты этого исследования.  

Гульнар, можете назвать несколько результатов исследования, которые вас действительно удивили? 

— Прежде всего отмечу, что телевидение всё ещё остаётся основным источником информации для респондентов из Таджикистана и Узбекистана. И это происходит на фоне того, что во всех трёх странах увеличилась в 2,6 раза (17,5 % против 6,9 %) доля тех, кто никогда не читает бумажную периодику и не смотрит телевизор!

В Таджикистане телевизор смотрят в среднем 270 дней в году, и 70 % опрошенных смотрят его каждый день. В Узбекистане, соответственно, 253 дня в году и 64,9 % ежедневно. В Казахстане частота телепросмотров — 155 дней в году, и ежедневно смотрят телевизор 37 % респондентов.

На мой взгляд, на такие показатели повлияли развитие информационно-коммуникационных технологий, глубина проникновения интернета, включая его стоимость (в Таджикистане она наиболее высокая) и качество мобильной связи. Очевидно, в будущем в проектах по Таджикистану и Узбекистану стоит обращать внимание на телевизионную грамотность, а также на создание телевизионного контента по медиаграмотности.

Из всех потребляемых источников информации респонденты всех трёх стран меньше всего доверяют социальным сетям, критикуя их за изобилие информационного мусора, рекламы, сетевую зависимость, анонимность и т. д. Я вижу в этой критике надёжную основу критического отношения к потребляемой информации.

Насколько вообще за последние три года (время глобальных потрясений) изменилась ситуация в медиапотреблении и медиаграмотности в наших странах?  

— Мы можем говорить только о результатах за предыдущие два года, исследования проводились в 2019 и 2021 году. На медиапотребление в наших трёх странах прежде всего повлияло развитие цифровых информационно-коммуникационных технологий, мобильных средств коммуникации, распространение интернета. В Казахстане 97,5 % респондентов ответили, что пользуются интернетом, мобильные телефоны/смартфоны в домохозяйствах есть у 99,5 % казахстанцев. В Узбекистане мобильные телефоны есть у 88,6 % опрошенных, доступ к интернету — у 77 %. В Таджикистане наименьшая степень проникновения как интернета, так и мобильной связи, но и здесь заметны позитивные изменения по сравнению с предыдущим исследованием. Например, если в 2019 году смартфоном как средством получения информации пользовались чуть больше четверти опрошенных, то через два года — уже более 60 %.  

Мы часто говорим: «Мы есть то, что мы потребляем». Но ни количество потребляемой информации, ни виртуозное владение современными девайсами не делают человека автоматически медиаграмотным. Всё дело в том, как быстро мы можем найти нужную информацию, проанализировать её, проверить на достоверность, понять её смысл и адекватно распространить с учётом требований медийного законодательства и этики. Одним из главных вопросов, по которому можно судить о состоянии медиаграмотности, является вопрос о доверии к источникам информации. Медиаисследователи рассматривают феномен доверия как защитный механизм в коммуникациях человека с окружающим миром. Доверие — это своего рода фактор стабилизации в обществе возрастающей неопределённости, оно может рассматриваться и как стратегия сокращения сложности восприятия происходящих событий. А недоверие в нашем исследовании означает, что коммуникации между аудиторией и таким важным социальным институтом, как пресса, разрушены. Как и в 2019 году, результаты новых исследований показали, что во всех трёх странах респонденты почти никогда не обращаются в редакции. Отсутствие прямой коммуникации между прессой и её аудиторией можно рассматривать в качестве одного из главных показателей общего недоверия к источникам информации. В Казахстане пятая часть респондентов не доверяет никаким источникам информации. Также респонденты в Казахстане меньше, чем в Таджикистане и Узбекистане, доверяют внутристрановым медиа, особенно телевидению.

Эта ситуация заслуживает более пристального внимания и обсуждения, потому что умение сомневаться в информации, готовность критически отнестись к любому медиасообщению характеризуют определённую зрелость социума, уровень медийной грамотности и критического мышления граждан.

«На формирование медиаграмотности влияет уровень свободы слова»

Гульнар, вы вовлечены в развитие медиаграмотности в Центральной Азии уже много лет, видите ли вы в результатах исследований изменение ситуации в этом направлении в наших странах?

— По сравнению с исследованиями 2019 года понизился интегральный индекс медиаграмотности в Таджикистане; в Узбекистане ситуация слегка улучшилась, есть позитивные изменения в Казахстане, но кардинальных перемен не наступило.

Нужно сразу подчеркнуть, что на формирование медийно-информационной грамотности в первую очередь влияет уровень свободы слова. Но все наши три страны на момент проведения исследований занимали низкие позиции в рейтинге свободы слова.

Второй фактор, влияющий на состояние медиаграмотности, — это уровень функциональной грамотности. По этому индикатору мы вовсе ничем не можем похвастать. И, наконец, фактор, связанный с развитием электронного правительства — уровень электронного участия. Это коммуникации между властью и обществом, где граждане являются не только потребителями государственной политики, но и её производителями. Казахстан в рейтинге электронного правительства по итогам 2020 года лидер, занимает 29 место, отличные темпы набирает Узбекистан — 36 место, а Таджикистан на 133 месте среди 180 стран.

Как вы оцениваете уровень медиаграмотности среди журналистов в наших странах? 

— Ещё на первом MediaCAMPFest в Душанбе я делилась с аудиторией мнением Василия Гатова (вице-президент Гильдии издателей, член правления WAN-IFRA — прим. ред.), что самым большим и действенным рупором фейковой информации выступают сами журналисты. Вот одно из типичных заблуждений в нашей прессе: журналисты путают журналистское образование и медиаобразование. Это не одно и то же. Первое готовит людей для профессиональной работы в медиа, второе — образование для всех людей с детства до глубокой старости, основанное на необходимости критической оценки любого медиаконтента.   

Самый яркий пример, когда профессиональные медиа в Казахстане выступили  активными посредниками распространения непроверенных слухов, произошёл во время начала пандемии. Журналисты пригласили на республиканский государственный канал «Хабар» известного врача-антиваксера.

Будущее демократии зависит от уровня медиаграмотности

В пятилетней программе MediaCAMP, которую Internews реализует при поддержке USAID, большое внимание уделяется развитию медиаграмотности. Работая с разными проектами в этом направлении, координаторы MediaCAMP довольно тесно сотрудничают с государственными структурами. Насколько участие государства важно в развитии медиаграмотности?

— Я бы здесь уточнила: скорее, Internews как некоммерческая организация в первую очередь заинтересована в сотрудничестве с государственными органами. Мы заинтересованы в сотрудничестве, например, с Министерством образования: несмотря на то, что наши партнёры реализовали проекты по созданию первых учебников по медиаграмотности для старшеклассников, она ещё не стала традиционным предметом в средней школе. Сотрудничество с правительственными органами нам нужно для приоритезации в наших странах медийной и информационной грамотности как одной из центральных тем глобальной повестки дня для образования XXI века.

Более того, по примеру финского, лучшего зарубежного опыта по продвижению медиаграмотности, мы начали работу по составлению предложений для формирования национальных стратегий продвижения. Сейчас наибольшая активность в этом направлении видна в наших странах только со стороны организаций гражданского сектора. Без государственной поддержки все наши усилия не дадут должного эффекта.

Исследование 2021 года показало, что в наших странах ещё много проблем, требующих продвижения медийно-информационной грамотности среди всех слоёв населения. Эксперты трёх стран, участвовавшие в исследовании, единодушно подчеркнули, что если задача развития медиаграмотности будет оставаться уделом только неправительственных организаций и гражданского сектора, мы не сможем кардинально продвинуться в повышении устойчивости общества перед дезинформацией, пропагандой, различными манипуляциями общественным мнением и ложной информацией.

Будущее демократии в наших странах и наша способность отвечать на разнообразные вызовы дезинформации и агрессивной пропаганды зависят от того, насколько каждый член общества умеет «думать критически и кликать с умом», то есть от повышения всеобщего уровня медийной и информационной грамотности.

Социальное исследование по медиапотреблению и медиа-информационной грамотности проведено в рамках Центральноазиатской программы MediaCAMP при поддержке Агентства США по международному развитию (USAID).

Автор: Лилия Гайсина. Интернюс Таджикистан



ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь