Тохир Ибрагимов: «Я не насильник и не абьюзер». Рабочий конфликт, притянутый за уши, чтобы уйти от ответственности»

0

В редакцию Вечёрки поступил документ – опровержение, написанное и подписанное Тохиром Ибрагимовом в ответ на статью «Он просто схватил меня за горло»: молодой дизайнер рассказала о насилии на работе, размещенной на сайте «Вечёрка» 6 апреля 2020 года. Мы предоставляем автору воспользоваться законным правом на подачу ответа-опровержения и размещаем его в нашем СМИ без исправлений в полном объеме.

Меня зовут Тохир Ибрагимов, я генеральный директор официальной недели моды в Таджикистане «Tajikistan Fashion Week». Я оказался в центре скандала, который нанес урон моей деловой репутации, и хочу рассказать, как произошел рабочий конфликт с Парвин Джахонгири, который потом перевернули как домогательства с моей стороны.

Сразу хочу оговориться, я никогда не был начальником Парвин, чтобы меня обвинять в абьюзе или домогательствах, я не заключал с ней договора, я был всего лишь продюсером шоурума, в котором Парвин была соучредителем, моя работа – раскрутка шоурума и дизайнера. Далее все по порядку.

В апреле 2019 года я познакомился с Парвин Джахонгири на Неделе моды, которая проходила в нашей республике 7 апреля 2019 года. Там она была в качестве участника и представляла свою коллекцию.

Позже она мне несколько раз звонила и говорила, что ушла с прежнего места работы и работает в торговом центре «Муниса» у одной женщины. Примерно в августе или в сентябре 2019 года Парвин позвонила мне и предложила встретиться. Мы встретились, она сказала, что мечтает, как и другие дизайнеры участвовать в Неделе моды, представлять Таджикистан в других странах.

Она попросила у меня помощи в открытии собственного бренда. Я подумал, почему бы и нет, поговорил с другом Русланом Бадридинновым. В итоге мы решили ей помочь с открытием шоурума, но с условием, что Парвин подпишет договор и не допустит обмана. Договор нужен был, потому как все расходы на создание шоурума взял на себя Руслан, и это было зафиксировано в договоре. Договор мы передали Парвин, она несколько дней консультировалась со своим юристом и потом подписала его.

В договоре был пункт, что инвестор, то есть Руслан, берет на себя все расходы, и Парвин в случае расторжения контракта по ее инициативе, должна будет возместить Руслану 40% от всей суммы, потраченной на создание шоурума.

Я в этом шоуруме был задействован как продюсер, на всех мероприятиях, радио и ТВ я представлял Парвин как лучшего дизайнера, раскручивал ее как профессионала своего дела.

После открытия шоурума Парвин радовалась, что она достигла того, о чем мечтала, она сама выбрала место для шоурума. Мы с Русланом покупали все, что ей нужно и сколько бы это не стоило.

За 8 месяцев ее работы она получила 25 заказов,но 15-17 из них были испорчены, убытки перед заказчиками возмещал я. Во -время собраний я и Руслан постоянно говорили ей о том, что клиенты всегда жалуются на ее работу, мы просили ее больше не принимать заказы, так как мы теряли клиентов, а шоурум нес убытки, а расходы мы с Русланом покрывали сами. В итоге мы ей предложили забрать часть оборудования на те 40% по договору и вернуть нам вложенные деньги. Но Парвин обещала, что будет лучше работать и возместит все убытки, мы ей поверили и продолжили работу.

В феврале 2020 года, перед началом подготовки к 5-му сезону Недели моды в Душанбе, который из-за пандемии был перенесен, мы с Русланом выделили для Парвин деньги, чтобы она подготовила свою коллекцию для показа. Но в течение одного месяца она сшила всего одно платье и не брала клиентов, а расходы по содержанию шоурума (аренда, оплата коммунальных услуг) Руслан покрывал из собственных средств.

13 марта я как продюсер проекта пришел в шоурум, где Парвин была со своей портнихой. Я зашел и спокойно спросил: почему нет клиентов? Почему все клиенты разбегаются? Парвин начала орать и материться, бросила в мою сторону рулон ткани весом примерно в 1 кг. Я подошел к ней и тоже стал говорить с ней на повышенных тонах, взяв ее за руку, сказал: пошли, выйдем, не унижай ни себя, ни меня перед людьми. Во время этой ссоры присутствовало много людей, они были свидетелями всей этой сцены. Сразу после этого зашел неизвестный мне мужчина, который стал уводить с собой Парвин. Вслед им я сказал, что те деньги, которые были потрачены на создание шоурума, она обязана вернуть, на что мужчина сказал, что он сам все заплатит.

Но через неделю Руслану пришло заявление от Парвин, где говорилось, что она желает прекратить действие договора о совместной деятельности по пошиву и изготовлению одежды в шоуруме T&Z. В ответ мы ей отправили уведомление, в котором указали, что согласно пунктам договора, который разрывается по ее инициативе, она обязана выплатить 40% затраченных средств, плюс возместить ущерб за испорченные во время работы ткани. Все это было указано в договоре.

В ответном письме Парвин потребовала от нас расторжения договора без каких-либо к ней претензий, в противном случае она угрожала нам, что обратиться в судебные органы с целью взыскания доли в совместном проекте, а также взыскании физического и морального вреда. То есть она пошла на открытый шантаж.

Тогда же Парвин заявила нам, что будет позорить меня и Руслана на каждом углу, потому что, по ее же словам, она еще в процессе работы записывала все наши разговоры и делала скрины, обещала, что со всем этим пойдет к каким-то женщинам. Да, моя манера общения не всегда интеллигентная, но ведь и Парвин мне всегда отвечала тем же, даже в самых обычных разговорах. В скринах, которые были предоставлены суду, все это есть.

И сразу после этого мне позвонила журналист газеты «Вечерка» Зульфия Голубева и спросила на счет Парвин, я ей все подробно рассказал. Но не все мои слова были отражены в материале, который вышел потом на сайте «Вечерка». Автор с самого начала была на стороне Парвин, проигнорировав подробности конфликта, которые я ей предоставил. Об этом свидетельствует и то, что на видео, которое было подготовлено автором Зульфией Голубевой, была только Парвин, хотя для баланса мнений мне кажется, должно быть предоставлено точно такое же право высказаться не только в тексте, но и на видео.

Я также передал Зульфие список всех клиентов, которым она испортила заказы, но этого в статье так же не было.

Помимо статьи, Парвин обратилась с заявлением в прокуратуру города Душанбе, затем заявление было передано в ОМВД района Сомони, где на его основании была проведена доследственная проверка. Объяснительные по заявлению написал не только я, но и все те свидетели, которые присутствовали при нашем конфликте в шоуруме. Доказать все обвинения в мой адрес Парвин не смогла, тогда стало понятно, что она таким образом решила не возвращать деньги Руслану. Потом она забрала свои вещи из шоурума и подписала акт о том, что не имеет к нам никаких претензий. По итогам разбирательства в ОМВД района Сомони было вынесено решение – отказать в возбуждении уголовного и административного дела за отсутствием состава преступления и правонарушения.

Я хочу сказать, что мы с Парвин конфликтовали исключительно по работе из-за испорченных ею заказов. Мы несли убытки, которые покрывали из своего кармана, а она в свою очередь каждый раз придумывала отговорки, чтобы не работать, то она говорила, что болеет, то не успевает, потому что якобы нагрузка большая, так как у нее всего две портнихи. Никаких угроз или насилия с моей стороны в ее адрес никогда не было.

Сегодня некоторые утверждают, что я «купил суд». Во-первых, это невозможно, во-вторых, предыдущий суд, который был по иску Руслана к Парвин по восстановлению средств, потраченных на шоурум, мой партнер проиграл. Нелогично выходит, что «один суд я купил», а другой суд, где как раз решается денежный вопрос, не купил.

После публикации материала, в котором Парвин обвинила меня в домогательстве и абьюзе, и открытой травли в соцсетях я был вынужден обратиться в суд для защиты чести и достоинства, и моей деловой репутации. Инициаторами того, чтобы ответчиком по моему иску стало издание «Вечерка», была Парвин и ее адвокат. Соответствующее заявление они подали во время судебного слушания, а потом отозвали. Лишь после этого наша сторона подала дополнительный иск о привлечении «Вечерки» в качестве соответчика. Хотя, по сути у меня не было претензий к изданию, кроме одно – статья была по-моему мнению, очень однобокой. Поэтому я прошу лишь одного – разместить мое опровержение.

Я также хочу поблагодарить всех тех, кто поддерживал меня и не травил в соцсетях. Потому что очернить человека можно легко и очень быстро, а вот доказать невиновность куда сложнее, я это делал все последние 6 месяцев. Обращаюсь ко всем, кто хоть как-то оказался причастным к этому конфликту или другим, не черните никого без доказательств, воздерживайтесь от скоротечных выводов, делайте их, выслушав обе стороны.

Тохир Ибрагимов, гендиректор Tajikistan Fashion Week 

P.S./ от редакции: Любой гражданин Таджикистана имеет право обратиться в СМИ за помощью и рассказать свою историю конфликта или другого инцидента, произошедшего с ним и другими причастными. СМИ обычно идет навстречу героям, особенно если прослеживается какое-то нарушение прав человека, но при этом руководствуется законами о СМИ и профессиональной этикой, то есть размещая комментарии всех причастных сторон, а также независимых экспертов, соблюдая баланс мнений. Вечёрка так и поступила еще при размещении первого материала. Привлечение СМИ в качестве соответчика в суде, где разбирался конфликт между двумя сторонами, считается неприемлемой мерой. Стороны должны сами решать свои конфликты законными путями в суде, СМИ выступает лишь площадкой для публикации различных мнений в рамках существующих в стране законов о свободе выражения мнений.


Подписывайтесь на наш канал в Telegram по ссылке https://t.me/vecherka_tj и будьте в курсе столичных событий.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь